«Алексей Константинович Толстой. Козьма Прутков»

Загрузить книгу на мобильный телефон.

8

Идут хлебопеки и квартирьеры,
Хвалят покойника манеры.


9

Идет аудитор, надрывается,
С похвалою о нем отзывается.


10

Едет в коляске полковой врач,
Печальным лицом умножает плач.


11

На козлах сидит фершал из Севастополя,
Поет плачевно: "Не одна во поле..."


12

Идет с кастрюлею квартирмейстер,
Несет для кутьи крахмальный клейстер.


13

Идет майорская Василиса,
Несет тарелку, полную риса.


14

Идет с блюдечком отец Герасим,
Несет изюму гривен на семь.


15

Идет первой роты фельдфебель,
Несет необходимую мебель.


16

Три бабы, с флером вокруг повойника,
Несут любимые блюда покойника:


17

Ножки, печенку и пупок под соусом;
Все три они вопят жалобным голосом.


18

Идут Буренин и Суворин,
Их плач о покойнике непритворен.


19

Идет, повеся голову, Корш,
Рыдает и фыркает, как морж.


20

Идут гуси, индейки и утки,
Здесь помещенные боле для шутки.


21

Идет мокрая от слез курица,
Не то смеется, не то хмурится.


22

Едет сама траурная колесница,
На балдахине поет райская птица.


23

Идет слабосильная команда с шанцевым
струментом,
За ней телега с кирпичом и цементом.


24

Между двух прохвостов идет уездный зодчий,
Рыдает изо всей мочи.


25

Идут четыре ветеринара,
С клистирами на случай пожара.


26

Гг. юнкера несут регалии:
Пряжку, темляк, репеек и так далее.


27

Идут гг. офицеры по два в ряд,
О новой вакансии говорят.


28

Идут славянофилы и нигилисты,
У тех и у других ногти не чисты.


29

Ибо, если они не сходятся в теории
вероятности,
То сходятся в неопрятности.


30

И поэтому нет ничего слюнявее и плюгавее
Русского безбожия и православия.


31

На краю разверстой могилы
Имеют спорить нигилисты и славянофилы.


32

Первые утверждают, что кто умрет,
Тот весь обращается в кислород.


33

Вторые - что он входит в небесные угодия
И делается братчиком Кирилла-Мефодия.


34

И что верные вести оттудова
Получила сама графиня Блудова.


35

Для решения этого спора
Стороны приглашают аудитора.


36

Аудитор говорит: "Рай-диди-рай!
Покойник отправился прямо в рай".


37

С этим отец Герасим соглашается,
И погребение совершается.