На изложинах росистых, На поверхности озер, Вдоль ручьев и речек чистых И куда ни кинешь взор, Всюду звонкая тревога, Всюду, в зеле..
Только в 1829 г. вышло полное издание "Илиады" размером подлинника. Перевод был горячо приветствуем нашими лучшими писателями, в особенности Пушкиным...
Когда Мелита начала заниматься воспитанием Пруденция, ему тогда исполнилось всего двенадцать лет, но он был так крупен и строен..
Итак, не пугайся ж, встречайся с нами, Хотя мы суровы и дерзки на вид И высимся гордо над вами главами; Но кто ж нас иначе в толие отличит?! В поэте ты видишь презренье и злобу; На вид он угрюмый, больной, неуклюж; Но ты загляни хоть любому в утробу, - Душой он предобрый и телом предгож,
51. К МЕСТУ ПЕЧАТИ
М. П.
Люблю тебя, печати место, Когда без сургуча, без теста, А так, как будто угольком, "М. П." очерчено кружком! Я не могу, живя на свете, Забыть покоя и мыслете, И часто я, глядя с тоской, Твержу: "мыслете и попой"!
ПРИМЕЧАНИЯ
Мой портрет. - Впервые - в "Современнике", 1860, N 3, под заголовком: "К моему портрету (который будет издан вскоре, при полном собрании моих сочинений)".
Незабудки и запятки. - Впервые - в "Современнике", 1851, N№ 11, без подписи, в статье И. И. Панаева "Заметки Нового Поэта о русской журналистике" вместе с баснями Пруткова "Кондуктор и тарантул", "Цапля и беговые дрожки".
Басни Пруткова столь же мало похожи на басни в обычном значении этого слова, как его афоризмы на народные изречения. У Пруткова сохраняется только внешняя форма басни. По существу, это шуточное стихотворение, сущность которого не в аллегории и следующей из нее морали, а в смешной нелепости содержания, остроумном соединении несопоставимых понятий - алогизме. Алогизм - один из основных приемов комического изображения Пруткова, - наряду с пародией и гротеском, - который применяется в афоризмах, баснях и "исторических" анекдотах. Некоторые басни Пруткова имеют сатирический смысл, в них высмеиваются невежды-помещики и приверженность дворянским сословным привилегиям ("Помещик и садовник", "Цапля а бегоВые дрожки").
Честолюбие - Впервые - в "Современнике", 1854, N2.
Кондуктор и тарантул. - Впервые - в "Современнике", 1851, N 11 (см. примеч. к басне "Незабудки и запятки").
Поездка в Кронштадт. - Впервые - в "Современнике", 1854, N 2.
Стр. 25. Венедиктов В. Г. (1807 - 1873) - поэт, автор напыщенных стихотворений, "состоящих из вычурности и эффектов"; был чиновником министерства финансов.
Мое вдохновение. - Впервые - в "Современнике", 1854, N 10.
Цапля и беговые дрожки. - Впервые - в "Современнике", 1851, N 11 (см. примеч. к басне "Незабудки и запятки"),
Юнкер Шмидт. - Впервые - в "Современнике", 1854, N 2, под заголовком: "Из Гейне".
Разочарование. - Впервые - в "Современнике", 1860, N 3, со сноской: "Музыка, собственного моего изобретения, будет напечатана при полном собрании моих творений.
... Подъехав к подошве Койшаурской горы, мы остановились возле духана. Тут толпилось шумно десятка два грузин и горцев; поблизости караван верблюдов остановился для ночлега. Я должен был нанять быков, чтоб втащить мою тележку на эту проклятую гору, потому что была уже осень и гололедица, - а эта гора имеет около двух верст длины. Нечего делать, я нанял шесть быков и нескольких осетин. Один из них взвалил себе на плечи мой чемодан, другие стали помогать быкам почти одним криком. За моею тележкою четверка быков тащила другую как ни в чем не бывало, несмотря на то, что она была доверху накладена. Это обстоятельство меня удивило. За нею шел ее хозяин, покуривая из маленькой кабардинской трубочки, обделанной в серебро. На нем был офицерский сюртук без эполет и черкесская мохнатая шапка. Он казался лет пятидесяти; смуглый цвет лица его показывал, что оно давно знакомо с закавказским солнцем, и преждевременно поседевшие усы не соответствовали его твердой походке и бодрому виду. Я подошел к нему и поклонился: он молча отвечал мне на поклон и пустил огромный клуб дыма. - Мы с вами попутчики, кажется? Он молча опять поклонился. - Вы, верно, едете в Ставрополь? - Так-с точно... с казенными вещами. - Скажите, пожалуйста, отчего это вашу тяжелую тележку четыре быка тащат шутя, а мою, пустую, шесть скотов едва подвигают с помощью этих осетин? Он лукаво улыбнулся и значительно взглянул на меня. - Вы, верно, недавно на Кавказе? - С год, - отвечал я. Он улыбнулся вторично. - А что ж? - Да так-с! Ужасные бестии эти азиаты! Вы думаете, они помогают, что кричат? А черт их разберет, что они кричат? Быки-то их понимают; запрягите хоть двадцать, так коли они крикнут по-своему, быки все ни с места... Ужасные плуты! А что с них возьмешь?.. Любят деньги драть с проезжающих... Избаловали мошенников! Увидите, они еще с вас возьмут на водку. Уж я их знаю, меня не проведут! - А вы давно здесь служите? - Да, я уж здесь служил при Алексее Петровиче1, - отвечал он, приосанившись. - Когда он приехал на Линию, я был подпоручиком, - прибавил он, - и при нем получил два чина за дела против горцев...
