белую собачонку с коричневыми ушами; целовал ее взасос в самую морду; бывал в тревоге, когда она казалась ему грустною, и даже собственноручно ставил ей промывательное; но я нико..
И.Шувалову] плодов сего училища. Я не знаю, каким образом попал я и брат мой в сие число избранных учеников. Директор с своею супругою и человек ..
На полу зеленела трава, а через одно из окон сумела проникнуть березка. Крайняя левая каморка составляла владения крота Эйнара, усынов..
Каратыгин 2. Князь Касьян Родионович Батог-Батые в, человек, торгующий мылом ----- ---- Г. Прусаков. [Титул "князь" был исключен цензором в перечне действующих лиц и повсюду в тексте] Мартын Мартынович Кутило-Завалдайский, человек приличный ------ ----- Г. Мартынов. Георгий Александрович Беспардонный, человек застенчивый --- Г. Смирнов Фирс Евгениевич Миловидов, человек прямой ------ Г. Толченов 1. Акулина, нянька -------- Г-жа*** Фантазия, моська Пудель Собачка, малого размера Собака датская Моська, похожая на Фантазию Незнакомый бульдог Кучера, повара, ключницы и казачки.
[Эти действующие лица "без речей" не были одобрены цензором в перечне действующих лиц на афише. Примечания К. Пруткова]
Действие происходит на даче Чупурлиной. Сад. Направо от зрителей домик с крыльцом. Посреди сада (в глубине) беседка, очень узенькая, в виде будки, обвитая плющом. На беседке флаг с надписью: "Что наша жизнь?" Перед беседкой цветник и очень маленький фонтан.
ЯВЛЕНИЕ I
По поднятии занавеса: Разорван и, князь Батог-Батыев, Миловидов, Кутило-Завалдайский, Беспардонный и Либенталь ходят молча взад и вперед по разным направлениям. Они в сюртуках или во фраках.
Довольно продолжительное молчание.
Кутило-Завалдайский (вдруг останавливается и обращается к прочим) Тс! тс! тс!..
Все (остановившись) Что такое?! что такое?!
Кутило-Завалдайский Ах, тише! тише!.. Молчите!.. Стойте на одном месте!.. (Прислушивается.) Слышите?.. часы бьют.
Все подходят к Кутиле-Завалдайскому, кроме Беспардонного, который стоит задумчиво, вдали от прочих.
Разорваки (смотрит на свои часы) Семь часов.
Кутило-Завалдайский (тоже смотрит свои часы) Должно быть, семь; у меня половина третьего. Такой странный корпус у них, - никак не могу сладить.
Все (кроме Либенталя, смотря на часы) Семь часов.
Либенталь Я не взял с собою часов, ибо (в сторону) счастливые часов не наблюдают!
Разорваки Давно желанный и многожданный час!.. Вот мы все здесь собрались; но кто же из нас, здесь присутствующих женихов, кто получит руку Лизаветы Платоновны? Вот вопрос!
Все (задумавшисъ) Вот вопрос!
Беспардонный (в сторону) Лизавета Платоновна, Лизавета Платоновна!.. Кому ты достанешься? Ах!
Разорваки Пока еще не пришла старушка, в руке которой наша невеста, мы...
Кутило-Завалдайский Мы тщательно осмотрим друг друга: всё ли прилично и всё ли на своем месте? Женихи ведь должны... Господин Миловидов! (Указывает на его жилет.
... - Я счастлив! - воскликнул я. - А ваше грустное лицо... - Он покачал головой. - Но ведь это новый закон, - сказал я. - С момента его опубликования прошло уже тридцать шесть часов, а вам должно быть известно, что закон вступает в силу через двадцать четыре часа после его опубликования. - Но я не знаю такого закона. - Незнание закона не избавляет от наказания. Он был объявлен через все громкоговорители, напечатан во всех газетах, а для тех, кто не пользуется такими благами цивилизации, как печать и радио, - тут он окинул меня взглядом, полным презрения, - по всей империи были разбросаны листовки. Поэтому нам придется еще выяснить, где вы провели последние тридцать шесть часов. Он потащил меня прочь. Только теперь я почувствовал, что холодно, а пальто у меня нет, только теперь услышал, как у меня в желудке урчит от голода, только теперь вспомнил, что я неумыт, оброс щетиной, оборван и что существуют законы, по которым все соплеменники должны быть чисто вымыты, выбриты, счастливы и сыты. Полицейский толкал меня перед" собой, точно пугало, изобличенное в краже и потому вынужденное покинуть места своих грез на полях и огородах. Улицы были безлюдны, до полицейского участка было недалеко, и хотя я не сомневался, что меня лишат свободы, что повод для этого будет немедленно найден, мне все же слегка взгрустнулось, ибо полицейский вел меня по местам моей юности, где я собирался побродить после того, как побываю в порту, - побродить по садам с густым, живописно растрепанным кустарником, по заросшим травой дорогам; увы! - все это теперь было разделено, подстрижено, разбито на четырехугольники, приспособлено для военных учений всякого рода союзов верноподданных, обязанных проводить учения по понедельникам, средам и субботам. Лишь небо да воздух оставались такими же, как раньше, в те дни, когда сердце еще полно было грез. По дороге я заметил, что на некоторых казармах, предназначенных для любовных утех, вывешена официальная эмблема - напоминание тем, кому в среду пришла очередь приобщиться к гигиеническим радостям; кое-каким кабакам было, очевидно, также присвоено право вывешивать эмблему выпивки - штампованную жестяную кружку, выкрашенную тремя поперечными полосами в государственные цвета: светло-коричневый, темно-коричневый, светло-коричневый...
