Ты вся - воплощенный испуг, Ты вся - вековая истома! Тот сердца в груди не носил, Кто слез над тобою не лил! 4 Однако же р..
When they come back their talk is rather more animated. One of their topics is always brass-banding, for they are both instrumentalists; bu..
Долго ли до беды? Ищи! - Этакую квартиру менять! - сказал Авдей, - и сарай, и ледничек особый... - Вот еще! зачем нам ледничек! Мы дома не стряпаем, впрок ничего не запасаем...
Geh weg!.. 1) И, в память Галля, К нам больше ни ногой!.. Hinaus, packt dich 2) подале! Наймется к нам другой.
[1). Пошел прочь! (нем.) 2). Убирайся вон (нем.)]
Отворачиваются от него в негодовании и обращаются друг к другу, подавая повелительный знак Фрицу и Густаву.
Расправу кончив с дерзким, Приступим вновь к трудам...
Принимаются снова за свои занятия.
Иванов (грозясь злобно на Шишкенгольма) Обиженный сим мерзким, Ужо я вам задам!
Уходит, захлопнув дверь. Все уселись заниматься.
Тишина. Вдруг раздается торопливый стук в дверь.
Касимов и Вихорин (за дверью) Дома почтеннейший профессор Шишкенгольм и милое его семейство?
Все (с отчаяньем, подбегая к авансцене, поют хором) О Галль, мудрец великий, Спаси ты нас!.. Услышь ты наши клики Хоть в этот раз. За что судьбы гоненье? Несчастный рок!.. Ведь этак все ученье Пойдет не впрок. Лишь вздумаешь заняться, А тут, гляди, Уж в дверь к тебе стучатся; Учись поди!.
Вихорин и Касимов (входят и, остановившись в дверях, поют) Что слышим? Лизин голос!
Хор (мрачно) Судьбины гнет Мышленья срезал колос.
Касимов и Вихорин (в восторге фальшивят) Она поет!..
Все оборачиваются к ним. Они робеют.
Фальшиво... Извините!.. Мы второпях!..
Хор (строго) Зачем вы здесь, скажите, А не в сенях?!
Вихорин и Касимов (прозою, перебивая друг друга) Мы... мы... мы опять... хотели просить руки вашей дочери...
Шишкенгольм и Мина Христиановна (гневно) Руки?!
Лиза (жеманясь и сдобным голосом) Папаша, они ко мне.
Шишкенгольм (делает строгий знак Лизе указательным перстом правой руки, качая оный неторопливо вправо и влево, как маятник; а затем обращается к Касимову и Вихорину) Молодые люди!.. я вам уже несколько раз отказал?.. Я вам уже несколько раз говорил: что вы не любите Лизу; говорил я вам это?
Касимов Но ведь и я сказывал вам, что люблю!.. (Старается заслонить Вихорина, который тоже хочет говорить.)
Шишкенгольм (качая вправо и влево указательным перстом правой руки, прямо против своего носа, говорит медленно и важно) Тс!.. Молчать! Я уже много раз доказал вам: что вы оба не любите Лизу; доказал я вам это?! Ни слова более!.. Мне кажется, профессор френологии может всегда безошибочно узнать: кто способен и кто не способен любить женщину?.. Вы не способны любить женщину, и потому вы не любите мою Лизу! Слышите? Я наблюдал ваш череп; я знаю.
... В ушах у нее цыганские серьги большими дутыми кольцами; в руках, сложенных на животе, она держит небольшую сумочку. Отвечая, она двигает только ртом; все лицо, и кольца в ушах, и руки с сумочкой остаются неподвижны. - Да вы православная? - Православная. - Отчего же вы не хотите присягать? Свидетельница смотрит ему в глаза и молчит. Стоявшие впереди ее расступились, и теперь вся она на виду со своей сумочкой и тонкими желтоватыми руками. - Быть может, вы принадлежите к какой-нибудь секте, не признающей присяги? Да вы не бойтесь, говорите,- вам ничего за это не будет. Суд примет во внимание ваши объяснения. - Нет. - Не сектантка? - Нет. - Так вот что, свидетельница: вы, может, опасаетесь, что в показаниях ваших может встретиться что-либо неприятное... неудобное для вас лично,- понимаете? Так на такие вопросы, по закону, вы имеете право не отвечать,- понимаете? Теперь согласны? - Нет. Голос молодой, моложе лица, и звучит определенно и ясно; вероятно, он хорош в пении. Пожав плечами, председатель взглядом призывает ближе к себе члена суда с левой стороны и шепчется с ним. Тот отвечает также шепотом: - Тут есть что-то ненормальное. Не беременна ли она? - Ну, уж скажете... При чем тут беременность? Да и незаметно совсем... Свидетельница Караулова! Суд желает знать, на каком основании вы отказываетесь принять присягу. Ведь не можем же мы так, ни с того ни с сего, освободить вас от присяги. Отвечайте! Вы слышите или нет? Сохраняя неподвижность, свидетельница что-то коротко отвечает, но так тихо, что ничего нельзя разобрать. - Суду ничего не слышно. Пожалуйста, громче!.. Свидетельница откашливается и очень громко говорит: - Я проститутка... Защитник, тихонько постукивавший ногой в такт каким-то своим мыслям, останавливается и пристально глядит на свидетельницу...
